По ту сторону детства

12 ноября 2013

 

Утро. Старая Сортировка. Остановка «Семь ключей». Окраина Екатеринбурга.

Изредка пробегают опаздывающие на работу. Из ларька на остановке покачивающейся походкой плывут работники местного шиномонтажа с авоськой пирожков. Нервная мамаша, того и гляди, оторвёт руку своему ревущему малышу. Район тот ещё, обстоятельный: направо – жилые дома, налево – лес и железная дорога, не заблудишься. Мой недолгий путь сопровождается постоянным лязганьем тормозов тепловоза – музыкой старой железной дороги. На гостеприимство здесь претендуют только бездомные собаки и местные алкоголики. Только одни прочно стоят на «ногах» для ритуала приветствия, а другие не стоят вообще. 

Справа, по соседству с редким рядом послевоенных двухэтажек и покосившимися частными домишками, выросли новенькие высотки.   

Сворачиваю налево. Сквозь дымку утреннего тумана уже проглядывают лучи солнца. Приближаюсь к розовому зданию, к нему примыкает высокий бетонный забор. Я почти на месте. Приехала в особое место, к особым детям – в центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей (ЦВСНП).  Отворяю железную дверь.

Не райский уголок

Захожу в центр. В пункте приёма меня встречает улыбчивая женщина в полицейской форме. Провожает до заместителя начальника ЦВСНП Андрея Анатольевича Гусара. Захожу в кабинет.  Подробно объясняю свою задачу и в качестве дополнения посвящаю подполковника полиции в жанр репортаж. Андрей Анатольевич смотрит недоверчиво, слушает внимательно, хмурит брови:

Даже и не знаю, будет ли вам здесь интересно. Мы ведь всё равно дадим скудную информацию. У нас всё-таки режимное учреждение, посторонних не пускаем, фотографировать детей запрещено. Передвигаться по центру вы будете в сопровождении, а общаться с детьми только под присмотром воспитателей, – предупреждает Гусар.   

 

В центре несовершеннолетние правонарушители от 7 до 18 лет содержатся 30 суток. Попадают сюда по решению суда. После кто-то едет домой: к родителям, в детский дом или в приют.  А несовершеннолетние, совершившие уголовное правонарушение, направляются в спецшколу (с 11-13 лет) или в спецучилище (с 14-18 лет). Для  повзрослевших трудных подростков выход из специализированных заведений – решающее испытание. Когда бывшие подопечные режимных учреждений возвращаются «на родной район, в родные стены», только от их силы воли зависит, вернутся ли они к жизни без «эпизодов» или останутся «отрицалами», как они называют себя в  криминальной среде.  

По данным МВД России по муниципальным образованиям Свердловской области к уголовной ответственности в 2012 году привлечено 724 подростка. Из них 235 – в возрасте 14-15 лет и 489 – в возрасте 16-17 лет. Около 80% привлеченных к уголовной ответственности несовершеннолетних являются учащимися образовательных учреждений; 20% – подростки, которые не работают и не учатся; 2% – работающие подростки.

В Свердловском ЦВСНП содержатся несовершеннолетние правонарушители со всей области. Центр рассчитан на 150 мест, но во время моего визита здесь содержалось 4 человека. Детям запрещено пользоваться сотовыми телефонами на момент нахождения в центре, личные вещи изымаются, даже одежда выдаётся другая. Четверг здесь – день свиданий. Один раз в неделю подопечным центра разрешается видеться с родителями, законными опекунами. И только с ними: никаких друзей, соседей, дальних родственников.  

Андрей Анатольевич вызывает психолога ЦВСНП. В кабинет заходит миловидная женщина Лариса Николаевна Шаталова. С ней мы и продолжаем разговор. 

 

С кем в первую очередь общается ребёнок, когда поступает в ЦВСНП?

–Его опрашивают наши сотрудники. Они все в форме. Такой внешний вид, конечно, давит на психологическое состояние ребёнка. Раскрепощаться он начинает, когда попадает в комнату регуляции на беседу. Все психологи – в гражданской форме. Дети, прибывшие в ЦВСНП из семьи, где не было взаимопонимания с родителями, где злоупотребляли алкоголем, наркотиками, ищут материнского тепла, видят в женщинах (сотрудницах нашего центра) маму. Они нуждаются в телесном контакте –  многие ждут, чтобы их приобняли, выслушали, некоторым хочется пройти за ручку.

Как можно охарактеризовать семьи, из которых несовершеннолетние правонарушители поступают к вам?

– Как правило, более 90% - дети из неблагополучных и неполных семей, остальные 10% - дети из материально обеспеченных семей, у которых есть всё, кроме родительского внимания. 

 

Далее Лариса Николаевна знакомит меня с территорией ЦВСНП, и мы отправляемся в местную библиотеку. На пути в храм знаний нас встречает белоснежная скульптура Ленина  в клумбе. Видимо, к Владимиру Ильичу здесь отношение особое, а кто-то из воспитанников искренне верит, что Ленин до сих пор жив, просто в отставке.

Мы поднимаемся на 3 этаж. Вместо входных дверей здесь решётка, на ней амбарный замок. Гремим замком о железные прутья – открывают. Проходим в библиотеку. Здесь свежо и тихо. Пахнет книжными страницами.

– В среднем за месяц желающих почитать накапливается человек семь. Основная наша аудитория – дети, возраста 11-13 лет, увлекающиеся детективами, – комментирует библиотекарь ЦВСНП Галина Викторовна Подобедова.

Выходим на лестничную клетку – железные двери-решётки закрывают. Кстати, на окнах – тоже решётки, в каждом кабинете, в каждой комнате – так положено, чтобы дети не сбегали.

 

За 30 суток возможно перевоспитать несовершеннолетнего правонарушителя?  – интересуюсь я у психолога Ларисы Николаевны.

– Этих детей уже не перевоспитать. По крайней мере, точно не за 30 суток. К нам поступают сформировавшиеся личности, и в 7, и в 18 лет. Однако некоторые лишь попадая сюда начинают ценить  своих родителей. Пока находятся здесь, они пишут родителям письма, просят у них прощение и уверяют, что отныне их отношение к жизни изменится.  Причём, глубина осознания своей ошибки не зависит от возраста.

 

Холодное железо, решётки, конечно, накладывают своё впечатление. Но детской тюрьмой, как  многие считают, это место не назовёшь. Здесь куча нянек-воспитателей, отслеживающих каждое твоё движение. И если забыть, в чём на самом деле заключается работа воспитателя, можно даже принять щепетильный присмотр за заботу. В кабинетах, где дети обучаются, занимаются творчеством, отдыхают – вполне уютно. Даже как-то по-детски. Стенды на стенах коридора настраивают на правильную и благополучную жизнь. Две комнаты для релаксации оформлены очень жизнерадостно, ярко и больше напоминают игровые. В одной из них даже песочная терапия предусмотрена!  Словом, это далеко не райский уголок, но у кого-то нет даже такого.

  

Существует категория несовершеннолетних, которая намеренно возвращается в центр, снова и снова. Эти дети совершают какое-то мелкое хулиганство и сами приходят в ПДН. Потому что здесь они чувствуют себя комфортней, чем дома. Здесь с ними говорят и пытаются понять, они всегда накормлены, одеты и спят в чистой постели. Так некоторые подростки и вырастают в стенах ЦВСНП.

 

Шесть часов вечера. На сегодня это всё. Меня провожают к выходу. В пункте приёма встречаю юношу, сносно говорящего по-русски. Из центра его забирает мама, иммигрировавшая сюда из ближнего зарубежья. Улыбчивая женщина в форме подаёт ей документы на выписку.

– Ну как тебе здесь? – интересуется сотрудник ЦВСНП у подростка.

– Понравилось! – благодарно кивает тот.

– Может, тогда останешься?

 Ты что?...эсэк… Понравилось ему! ..хеуасиз.. Не позорь меня – сразу на двух языках (своём родном и русском) ужасается мама.

– Здесь хорошо! В милиции матерятся, а здесь нет! – уверяет подросток.

– Дома-то плохо что ли? – недоумевает родительница.

– Дома, конечно, лучше! Но здесь тоже хорошо. Четыре раза в день кормят!

– Пошли! ..хеуасиз..элиб.. Выдумал он! Позорит меня! Идём!

Вновь воссоединившаяся семья покидает центр. Я следую их примеру. Так заканчивается первый день моего пребывания в ЦВСНП.

  

Урок труда

На следующий день я отправляюсь на урок труда. Все образовательные занятия в центре проводят социальные педагоги из отделения социальных практик Свердловского областного педагогического колледжа.

4 педагога: учитель русского языка, литературы и математики, учитель музыки и МХК, учитель ОБЖ, учитель труда – это тот костяк, который уже многие годы не оставляет подопечных ЦВСНП. Остальные преподаватели не задерживаются здесь надолго – не выносят нагрузки, моральной. 

– Сегодня мы будем делать осенний берёзовый лес. Вы «взрастите» его своими руками с помощью цветной бумаги, клея и цветных карандашей, – начинает урок опытный социальный педагог с девятилетним стажем работы Лариса Александровна Воронина.

Умственная нагрузка на уроках весьма средняя. Занятия составляют для всех, а некоторые из детей, попадающих в центр, вообще ни разу не были в школе. Такие, в лучшем случае, с трудом пишут и читают.

Я как опоздавшая ученица прокрадываюсь в конец класса и сажусь «на камчатку». За детьми приходится наблюдать со спины. Все заняты осенней аппликацией, увлечённо склеивают дерево по кусочкам. Все, кроме одного.

Это Слава, и он рисует. Рисует очень четко и графично . Его пейзаж – это огромная паутина, за которой скрывается увесистая мужская пятерня, сплошь в перстнях, размыто-синих наколках, и крупный крест. По правую сторону креста – братва и надпись "Братва поможет". По левую сторону  – Бог и надпись "Бог спасет". Такая вера. 

Это высокое искусство убеждений, по которым живет Слава. А березовая роща ему -"лажа". Славе 17. Он  – щипач со стажем.

Другой парень режет бумагу, скрючившись, и постоянно комментирует  все свои действия. Это Вова. Он жил в детском доме,  в центр попал за кражу мобильника, говорит, очень нужны были деньги. Ему тоже 17, и он видит себя поваром-кондитером.

Лёша делает работу медленнее всех и постоянно на всё отвлекается. У него бегают глаза, а руки совершают множество беспорядочных движений. В конечном итоге, свой берёзовый лес ему совсем не понравился, а вот лес соседа приглянулся. Лёше 14, и он здесь тоже по ст.158 – за кражу: угнал у соседа скутер и великодушно вернул через несколько дней.  

Самый младший и ловкий рукодельник сегодня Женя. Он справился быстрее всех и налепил самых красивых деревьев. Его берёзовый лес – загляденье. Жене  11, он украл деньги. Это уже не первый его опыт.  

Но вот урок труда заканчивается. Учитель Лариса Александровна вывешивает получившиеся работы на доску. Нарисованная образцово-показательная пятерня в перстнях и наколках расположилась посреди берёзовой рощи. Ребят забирают дежурные по режиму и уводят для проведения профилактической беседы. После серьёзного разговора – фильм с Николасом Кейджем  в главной роли.